Life and search of creative boundaries in the soviet epoch


 Christian images – creative and spiritual life’s result


Download 17.01 Mb.
Pdf ko'rish
bet28/31
Sana15.12.2019
Hajmi17.01 Mb.
1   ...   23   24   25   26   27   28   29   30   31

10.3 Christian images – creative and spiritual life’s result 

 

Approximately the last 10 years of her life Slobodinskaya worked on religious imagery 

and consequently created a wide range of sculptural pieces. The sculptor worked till 

the last days of her life despite a serious illness and a constant physic pain. Being a 

master of a detailed realistic method, instead, she gave preference to a generalized 

schematic  and  more  symbolic  style  of  depiction,  trying  to  reveal  its  main  trait  – 



proximity  of  a  displayed  character,  provoking  such  emotions  as:  tenderness  or 

sorrow, sadness or spiritual richness. 

It would be important first to understand the meaning, significance and role of icon 

in Russian Orthodox world. According to Losev and Uspensky the Grace is the reason 

of  holiness  of  the  depicted  face  and  of  icon.  Icon  symbolically  participates  in  His 

holiness and through icon we kind of join to this holiness in our praying

471

.  


The icon shows us the glorified state of saint, his metamorphosed, eternal image; so 

far by its figurative language it appeals to us, recalling that a search of Holy Spirit‘s 

grace is a task of every Church’s member. Its demiurgic role is not only in Christian 

belief study but also in a whole man’s formation. Thus icon’s content appears as a 

true spiritual guidance on the way of Christian life, particularly in pray. In this context 

icon is a way itself and a tool. Its purpose is to direct all our feelings, our conscience 

and all our human nature to its true goal – on the way of transfiguration. Hence the 

                                                 

471

 Послание против Аполлинария первое к Клидонию. Творения. т.4, М:



 

Знание, 1844, C. 200. 



 

 

388 



function  of  icon  is  not  to  be  a  beautiful  object  but  to  depict  beauty  –  God’s 

similarity

472



 



10.4 The Trinity 

 

I  would  like  to  start  the  description  and  the  analysis  with  the  sculptural  image  of 



Trinity. Ichnographically can be defined two different types of Holy Trinity icons: the 

Old  Testament  Trinity  and  the  New  Testament  Trinity.  The  Holy  Trinity  is  a  very 

significant  subject  of  the  Orthodox  theology  and  iconography  in  the  Eastern 

Orthodox Christianity, and stylistically differs from depictions in the Western Churches, 

basing on the Byzantine artistic tradition

473


.  

Andrey  Rublev’s  icon  of  The  Trinity  appears  to  be  a  kind  of  ideal  and  dogmatic 

interpretation of The Old Testament Trinity motive (created sometime between 1408 

and  1425)  and  stylistically  approved  by  The  Church,  as  correspond  to  its  strict 

demands.  Sometimes  this  type  of  icon  is  called  the  Hospitality  of  Abraham  (see 

Genesis  18:1-15).  The  meeting  of  the  three  angels  with  Abraham  at  the  Oak  of 

Mamre may be considered as a type of the Holy Trinity, but not an appearance of 

the Holy Trinity itself. This image’s interpretation belongs to the Early Christian art and 

has become the most traditional Orthodox depiction of the Trinity

474


Regarding  The  New Testament  Trinity,  which  interprets  the  Father,  the  Son  and  the 

Holy Spirit in a different manner, and being closer to Western models, however has 

Greek roots. Christ may be depicted as an adult (in this case he is shown to the right 

of his Father), or as a child appearing on his Father's knees, the tradition back in the 

early Greek images. This manner of depiction is also named the Paternity icon, and is 

rooted  at  the  XI  century,  however  its  highest  popularity  in  Orthodox  art  was 

achieved after  the Fall  of Constantinople,  only  then a  depiction of  an  adult  Christ 

became the norm

475


                                                 

472

 Успенский, Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. М.: Изд-во братства во имя святого 



князя Александра Невского, 1997, С.11. 

473


 In the Russian Orthodox tradition a realistic depiction of Trinity is impossible, as it would contradict a 

concept of eternal, mysterious, incomprehensible Triennial God. Thus, are acceptable only the 

symbolic images of Trinity, particularly the depictions of The Old Testament. See: Ульянов, О. Г. 

Филоксения Авраама: библейская святыня и догматический образ .Т.35. М.: Богословские труды, 

1999; Успенский, Л.А. Богословие иконы. гл. XV, M.: Большой Московский Собор, 2003. 

474


 

Bigham, Steven. Image of God the Father in Orthodox Theology and Iconography. Studies in 

Orthodox iconography, M.: St Vladimir's Seminary Press, 1995, pp.19-26.

 

475



 Болотов,В.В. Учение Оригена о Св. Троице. M.: Сергиев Посад, 1879, C.43. 

 

 

389 



The Ancient of Days – a traditional representation of the Father, white-bearded with 

a  peculiar  type  of  nimbus.  A  white  dove  with  a  halo  of  the  same  type  as  Father 

represents The Holy Spirit. The dove may be shown between the Father and the Son 

or  the  dove  may  be  placed  in  a  beam  of  light  from  the  mouth  of  the  Father, 

symbolizing the Holy Spirit

476


.  

Despite  the  fact  that  depictions  of  God  the  Father  in  Russian  Orthodoxy  are 

prohibited  in  medieval  Novgorod,  a  new  type  of  iconography  appeared:  Spas 

Vethiy Denmi - The Saviour Olwith Days or Christ as the Ancient of Days. According 

to  this  manner  of  depiction,  Jesus  Christ  is  shown  as  an  old  white-haired  man.  The 

main  point  in  this  iconography  appears  to  be  consubstantiality  –  a  new  type  of 

doctrine that affirms that Jesus and the Father are one. This image’s interpretation of 

God  the  Father  is  traditional  in  The  New  Testament  Trinity  icons  until  the1667. 

Curiously but in the Western churches the Ancient of Days continues being the basis 

for  image creation of God the Father, this position was stated in a speech  made by 

Pope Benedict XIV in 1745

477



Regarding the Second Council of Nicea in 787 it was affirmed there that the image 



creation  of  Christ  was  approved  as  he  became  a  man;  however  the  question  of 

depicting the Father was more challenging. The common Orthodox depiction of the 

Trinity was based on the Old Testament Trinity - of the three angels visiting Abraham 

(Genesis:  18.1-15).  Although  the  post-Byzantine  image  interpretations  resemble  the 

West  ones,  those  ones  also  could  be  found  in  the  Greek  world.  At  the  end  the 

Russian  Orthodox  Church  at  the  Great  Synod  of  Moscow  in  1667  prohibited 

depictions  of  the  Father  in  human  form,  however  other  Orthodox  churches 

occasionally do not respect this norm

478

.  


Nina Slobodinskaya uses the most traditional Orthodox depiction of The Trinity, which 

belongs  to  the  iconography  of  The  Old  Testament.  The  bas-relief  image  in  a 

coloured  plaster  cast  is  both  laconic  and  expressive.  It  strictly  follows  the 

iconographic  rules  of  the  Trinity’s  image.  The  Trinity  shows  three  angels  who  visit 

                                                 

476


 Спасский, А.А. История догматических движений в эпоху Вселенских соборов (в связи с 

философскими учениями того времени). Тринитарный вопрос (История учения о св. Троице). M.: 

Сергиев Посад, 1914, C.28-45. 

477

 Ibid, pp.34-45.



 

478


 Спасский, А.А. История догматических движений в эпоху Вселенских соборов (в связи с 

философскими учениями того времени). Тринитарный вопрос (История учения о св. Троице).M.: 

Сергиев Посад, 1914, C.28-45. 



 

 

390 



Abraham at the Oak of Mamre (Genesis 18,1-15), but the image is full of symbolism 

and often is seen as an icon of the Holy Trinity

479



 



 

Trinity, 1/2 VI c., mosaics, San Vitale church, Ravenna, Italy. 

 

 



 Feofan Greek, Trinity, XIVc., mural, Spas Preobragenia church, Velikiy Novgorod. 

 

                                                 



479

 Болотов, В.В. Учение Оригена о Св. Троице. M.: Сергиев Посад, 1879, C.43.

 


 

 

391 



 

Feofan Greek, Trinity (fragment), 1378, mural, Spas Preobragenia church, Velikiy Novgorod. 

 

 

 



Andrey Rublev, Trinity, 1408-25, levkas and tempera on wood, 142 x 114. 

 

 



 

 

392 



 

 

 



Dionisii, Trinity, 1502, mural, Feropontov monastery. 

 

 



 

 

M. Nesterov, Old testament Trinity, 1890, 61 x 88, mural for Vladimirsky cathedral in Kiev. 



 

 

 

393 



 

N. Slobodinskaya, Trinity, 1975-1978, coloured plaster cast, 33 x 40 x 68, bas-relief. 

 

 

Regarding  the  background  for  this  iconographic  image  –  it  lays  back  in  the 



mysterious appearance of the Holy Trinity in form of three travellers to Abraham and 

Sarah  under  the  oak  of  Mamre:  the  angels  are  displayed  with  the  same  dignity, 

transmitting  a  feeling  of  wholeness  of  the  trinity  and  equality.  This  manner  of 

depiction  outlines  the  equality  of  the  three  figures  and  consequently  completely 

follows  the  dogma  of  the  Holy  Trinity,  that’s  why  The  Church  chose  this  image 

interpretation

480



A strict order is followed in the angel’s depiction, in which the Holy Trinity is confessed 



in the Credo. God the Father – is the first person of the Trinity; God the Son – is the 

second,  a  middle  angel;  God  the  Holy  Spirit  –  is  the  third  angel.  The  three  angels 

hold staffs in their hands as a symbol of their divine power. The sacrifice of the calf 

signifies the Saviour’s death on the cross, while its preparation as food symbolizes the 

                                                 

480


  Спасский,  А.А.  История  догматических  движений  в  эпоху  Вселенских  соборов  (в  связи  с 

философскими учениями того времени). Тринитарный вопрос (История учения о св. Троице).M.: 

Сергиев Посад, 1914, C.28-45. 



 

 

394 



sacrament  of  the  Eucharist.  All  three  figures  are  blessing  the  chalice,  where  is 

sacrificed calf, remaining for eating. 

The  first  angel’s  cloth,  shown  at  left,  counts  with  a  blue  undergarment  which 

symbolizes  his  divine  celestial  nature,  and  a  light  purple  outer  garment  which 

determinates the unfathomable nature and the high dignity of this angel. 

The  second’s  figure’s  placement  in  the  middle  of  the  icon  is  connected  by  the 

position  held  by  the  second  Person  within  the  Trinity Itself.  The  cloth  of  the  second 

angel  symbolically  recalls  those  in  which  the  Saviour  is  usually  depicted.  The 

undergarment  is  a  dark  crimson  colour  which  symbolizes  the  incarnation;  the  blue 

outer robe embodies the divinity and the celestial nature of this angel. The second 

angel seems to be as in a deep meditative state.  

The figure on the right side is the third angel of the Trinity, symbolizing the Holy Spirit. 

His  light  blue  undergarment  and  smoky-green  outer  garment  hint  at  heaven  and 

earth, and show the life-giving strength of the Holy Spirit: “By the Holy Spirit every soul 

lives and is elevated in purity”

481


 - sings the Church. 

The  background  instead  of  city’s  contours  (as  in  Rubliov’s  Trinity  icon)  is  absolutely 

plane,  and  only  a  round  arch  creates  a  framing  to  the  image.  The  upper  arch 

repeats  another  round  line  which  represents  the  table  with  gifts,  and  the 

composition  of  circle  is  emphasized  by  round  form  of  angels’  wings  and  figure’s 

nimbus,  these  wings  symbolically  unify  the  three  figures  of  Angels  and  recall  icon 

painter’s Feofan Greek’s Trinity’s painting manner, - as his central angel’s wings also 

embrace  both  angelic  figures  on  his  side  (see  Feofan  Greek’s  Trinity  image).  The 

outlined  form  of  circle  which  dominates  the  composition  creates  an  inner  motion 

and dynamism in the image and symbolically proposes the vision of the image as of 

the mysterious universe, where the trinity is the very essence and a centre. This round 

composition which frames the Trinity image corresponds to the Byzantine tradition of 

mosaics decoration in churches (see Trinity’s image in mosaics in San Vitale church 

in  Ravenna,  Italy  of  early  VI  c.),  Russian  mural  painting  tradition  in  churches  (see 

images  of  Feofan  Greek  Trinity  of  1378  in    Spas  Preobragenskiy  Velikiy  Novgorod 

Church and Dionisiy’s mural painting of 1502 in Ferapontov monastery); this tradition 

of  circle  composition  which  embraces  a  Trinity  image  further  is  continued  in  XIX 

                                                 

481

 Верещацкий, П.И. Плотин и блаженный Августин в их отношении к тринитарной проблеме. M: 



Искусство, 1911, C.132-178.

 


 

 

395 



century mural painting

482


. In the later epoch Russian artists who created in modern 

style  were  also  fascinated  by  religious  painting  and  in  the  late  XIX  century  quite 

often  were  invited  to  work  on  mural  decoration  in  churches.  If  we  regard  M. 

Nesterov’s Trinity image elaborated in 1890 for Vladimirsky cathedral in Kiev we may 

also  observe  a  direct  continuation  of  Byzantium  painting  tradition,  reflected  in 

figures’ composition.  During centuries Russian artists preserved their artistic legacy to 

Byzantine  iconographic  traditions  and  Nesterov’s  murals  show  how  strong  is  the 

connection  of  Russia  with  original  Byzantine  icon  painting.  Nesterov  writes  on  the 

subject  of  ancient  art:  “I  admire  what  is  purely  kept  from  Byzantium  –  I  am 

fascinated by an inner vitality forth which lays in it. I believe in its future as much as I 

believe in future of serious and creative strength of Russians, in whose fate we may 

follow  the  same  motives  as  in  the  Byzantium”

483

.  Nina  Slobodinskaya’s  sculptural 



image of The Trinity was gifted to the catholic church of St. Petersburg. 

 

10.5. Saint Barsanuphius  



 

Once,  while  dreaming  Nina  Slobodinskaya  clearly  saw  a  face  of  a  man,  who 

stepping out of the monastery, pronounced: “Depict me”

484


.  In the morning she was 

so astonished that directly went to the Spaso-Preobragensky church where at one of 

the  icons  recognized  the  saint’s  face,  who  resulted  to  be  Saint  Barsanuphius.  The 

Saint of Palestine, who died in 540 AD, was known as a hermit. Having got a good 

education, speaking many languages, - he had vast possibilities to build his carrier, 

however,  he  preferred  to  lead  an  ascetic  life  in  the  monastery  of  Egypt,  where 

stayed for 50 years, further he left and finally lived near the Saint Seridon Monastery 

of  Gaza  in  Palestine.  There  are  a  lot  of  correspondence  left  as  a  testimony  of  his 

wisdom  and  high  spirituality.  The  most  actively  he  wrote  to  John  the  Prophet, 

teacher of Dorotheus of Gaza and abbot of the monastery of Merosala

485

.  


 

                                                 

482

 Bibliography of sources, dedicated to the study and analysis of ancient Rusian tradition in Christian 



sculptural art is certainly vast and counts about hundreds of sources, but if we center on the main 

fundamental authors, they will be following: А. В. Арциховский, Н. Н. Воронин, Б. Д. Греков, 

Ф.Д. Гуревич, В.П. Довженок, Д.А. Казачкова, В.Л. Комарович, Н.Ф. Лавров, Д.С. Лихачев, 

В.В. Мавродин, Н.В. Малицкий, Б.А. Рыбаков, В.В. Седов among others. 

483

 Нестеров, М.В. Давние дни: Воспоминания. Очерки. Письма. Уфа: Башкирское кн. изд-во, 1986, 



C.275 -284. 

484


 Andrey Gnezdilov recalls this event in the personal interview on 09.08.14.

 

485



 Дионисий,(Шлёнов). Варсонофий Великий. Православная энциклопедия. М.:Сергиев Посад, 

2003, С.684-696. 



 

 

396 



 

   


 

 

N. Slobodinskaya St. Barsanuphius, 1975/1981, plasticine, 17 x 11 x 25, relief. 



St. Barsanuphius and St. John the Prophet, XIX c., graphic. 

 

St. Barsanuphius was able to persuade the emperor to renovate the concordant 



relationship with the Church of Jerusalem. San Francesco da Paola by Bishop 

Theodosius church now is a home to his relics, where they were brought in 850 AD by 

a Palestinian monk. The relics were lost in the time of a Moorish siege but later found 

and placed in the city's basilica.

 


 

 

397 



                 

 

 



St. Vukol, bishop of Smirna, St. Barsanupious, XV c., icon, Georgian manuscript.  

M. Nesterov, St. Sergei Radonegskiy, 1899, oil on canvas. 

 

 

St.  Barsanuphius  at  Oria  is  famous  for  saving  the  city  from  destruction  of  foreign 



invaders. A legend tells that he stopped a Spanish invasion by appearing before the 

Spanish commander armed with a sword. While at the Second World War, people 

believed him to spread his blue cape across the sky, therefore causing a rainstorm, 

and preventing an air bombing by Allied Forces

486

.  


St.  Barsanuphius’s  image  is  formally  similar  to  the  iconographic  depictions  of  XIX 

century, where he is shown together with his apprentice and close friend - John the 

Prophet. Whereas the whole image is depicted in schematic generalized forms the 

sculptor makes the main accent by volume and the detailed shape of the face and 

Saint’s hand’s holding a cross depiction. The face of the Saint reminds the face of 

Russian  saints  in  Nesterov’s  paintings.  Viewer  may  guess  that  the  Saint  persists  in  a 

state  of  deep  meditation  and  pray,  deep  spiritual  experience  and  faith  may  be 

observed in his gaze. 

                                                 

486


 Дионисий,(Шлёнов). Варсонофий Великий. Православная энциклопедия. М.: Сергиев Посад, 

2003, С.684-696. 

 


 

 

398 



 

10.6 Madonna - The Eleusa 

 

Madonna - the bas-relief of the variety The Eleusa (or Eleousa) – is one of the most 

laconic and symbolic images of Nina Slobodinskaya. The artist intends to show the 

Virgin Mary as an embodiment of tenderness and mercy. Most often this type of the 

Virgin Mary in icons is pictured with the infant Jesus Christ nestled against her cheek. 

In  the  Western  church  this  iconographic  type  is  often  known  as  the  Virgin  of 

Tenderness. But the image of The Virgin Mary crossing her hands – is also related to 

this iconographic type

487



 



    

 

 

N. Slobodinskaya, Madonna, 1975 -1981, gypsum, 26 x 16 x 34. 



N. Slobodinskaya, Madonna, 1975 -1981, plasticine,  26 x 16 x 34. 

 

                                                 



487

 Лосский, Владимир, Успенский, Леонид. Смысл икон. M.: Православный Свято-Тихоновский 

гуманитарный университет, 1997, C.25-41. 


 

 

399 



                                   

 

The Diveyevo Mary Virgin, post XVIIc., icon. 



The Virgin Mary of Vladimir, approx. XIIc., unknown author, 75 x 55. 

 

   



 

Mater Dolorosa, XIX c., Mexican retablo. 

Dionisii, The Virgin Mary with child, XV c., mural painting, Feropontov monastery. 

 

Such  icons  have  been  elaborated  in  the  Eastern  Church  in  all  the  epochs.  Similar 



image  depictions  may  also  be  found  among  Madonna  paintings  in  the  Western 

Church  and  are  defined  as  the  Madonna  Eleusa,  or  Virgin  of  Tenderness.  Lady  of 

refuge images  or  Retablos  in  Mexican  art are  good  examples  of  the  19th  century. 

The Pangaea Eleousa as an iconographic notion is often used in the East Orthodox 

tradition.  The  Theotokos  of  Vladimir  and  Theotokos  of  Pochayiv  are  well-known 


 

 

400 



examples  of  this  type of  icon.  The  Eleusa is also  a  common  epithet  used  to  define 

the praising Theotokos (The Virgin Mary) in the Eastern Orthodox Church. Eleusa-style 

reliefs and sculptures and  icons  are  widespread in  the  Western  Church,  but  not so 

appreciated  by  the  Eastern  Church

488

.  The  sculptor  stylistically  follows  the 



iconographic order of the figure and accentuates the main trait – the concentrated 

and  meditative  expression  of  tenderness  and  a  quiet  sadness  at  the  Virgin  Mary’s 

face. The whole image is elaborated quite schematically, all the forms, apparently 

are  minimized:    Slobodinskaya  does  not  work  on  the  background  of  the  image, 

seems  that  the  main  importance  the  author  gives  to  the  very  emotion  which  the 

God’s Mother figure transmits to a viewer. Nina Slobodinskaya attempts to reveal a 

symbolical and spiritual mystery of the Virgin Mary’s image through the simplicity and 

laconicism  of  sculptural  forms,  which  tend  to  mural  painting,  so  popular  in  the 

Ancient  Russia  (see  the  image  of  The  Virgin  Mary  -  fresco  of  Dionisii  in  Ferapontov 

monastery).  

The  common  trait  which  characterizes  this  late  creative  period  is  a  complete 

change of key subject first of all – Christian depictions prevail in sculptor’s creative 

work. Above all, Nina Slobodinskaya’s plastic language takes a totally new direction. 

The  former  realistic  forms,  detailed  images  yield  to  a  generalization  of  forms, 

schematic  and  symbolical  depiction,  which  by  its  style  and  form  may  be  more 

attributed  to  icon  painting  than  to  a  three-dimensional  art.  Although, 

ichnographically  the  sculptor  follows  canonical  rules,  -  her  sculptural  images 

unexpectedly become completely ascetic, deprived of any decorative detail at all, 

reminding  first  Christian  images  in  I-II  centuries  AC.  Being  an  excellent  master  of 

realistic  style  and  detailed  portrayal,  instead,  the  artist  chooses  symbolic  and 

schematic  manner  of  depiction.  Supposedly  those  modifications  occurred  due  to 

her  world  vision  changes.  Apparently,  in  the  latest  period  the  master  is  deeply 

centred  on  her  faith  and  it  occupied  the  main  place  both  in  her  inner  private  life 

and  in  her  professional  way.  Among  the  Virgin  Mary’s  sculptural  depictions  stands 

out The Intercession of the Theotokos – symbolizing the Protection of Our Most Holy 

Lady Theotokos and Ever-Virgin Mary, it is called in the Eastern Orthodox Church as 



Pokrov

489


.  The  celebration  which  takes  place  on  14  of  October  (the  new  style)  in 

Russia  becomes  a  real  festivity.  Traditionally  peasants  celebrated  on  this  date  a 

                                                 

488


 Лосский, Владимир, Успенский, Леонид. Смысл икон. M.: Православный Свято-Тихоновский 

гуманитарный университет, 1997, C.25-41. 

489

 

Шалина, И.А. Реликвии в восточнохристианской иконографии. М.:



 

Искусство, 2005, С.322-347. 



 

 

401 



gathering  of  harvest.  The  Slavic  word  Pokrov,  like  the  Greek  Skepê  has  a  complex 

meaning.  First  of  all,  it  refers  to  a  cloak  or  shroud,  but  it  also  means  protection. 

Accordingly, the name of the feast is variously translated as the Veil of Our Lady, the 

Protecting  Veil  of  the  Theotokos,  or  the  Intercession  of  the  Theotokos.  It  is  often 

described as the Feast of the Intercession

490

. The Pokrov icon may well be attached 



to the Western Virgin of Mercy image, in which the Virgin Mary spreads her cloak to 

cover and protect a group of kneeling believers.  

 



Download 17.01 Mb.

Do'stlaringiz bilan baham:
1   ...   23   24   25   26   27   28   29   30   31




Ma'lumotlar bazasi mualliflik huquqi bilan himoyalangan ©fayllar.org 2020
ma'muriyatiga murojaat qiling